<< Главная страница

Фредрик Браун. Кукольный театр



Ужас пришел в Черрибелл после полудня в один из невыносимо жарких дней августа.
Возможно, некоторые слова тут лишние: любой августовский день в Черрибелле, штат Аризона, не-выносимо жарко. Черрибелл стоит на 89-й автомагистрали, миль на сорок южнее Тусона и миль на
тридцать севернее мексиканской границы. Две бензозаправочные станции (по обе стороны дороги - чтобы ловить проезжающих в обоих направлениях), универсальный магазин, таверна с лицензией на вино и пиво, киоск - ловушка для туристов, которым не терпится поскорей обзавестись мексиканскими сувенирами; пустующая палатка, в которой прежде торговали рублеными шницелями, да несколько домов из необожженного кирпича, обитатели которых - американцы мексиканского происхождения, работающие в Нога-лесе, пограничном городке к югу от Черрибелла, и Бог знает почему предпочитающие жить здесь, а на работу ездить (причем некоторые - на дорогих "фордах"),- вот что такое Черрибелл. Плакат над дорогой возвещает: Черрибелл,На с. 42,- но, пожалуй, плакат преувеличивает: Нас умер в прошлом году, тот самый Нас Андерс, который в ныне пустующей палатке торговал рублеными шницелями; и правильной теперь была бы цифра 41.
Ужас явился в Черрибелл верхом на ослике, а ослика вел древний, седобородый и замурзанный крот-старатель, назвавшийся потом Дейдом Грантом. Имя ужаса было Гарвейн. Ростом примерно в девять футов, он был худ как щепка, так худ, что весил наверняка нс больше ста фунтов, и хотя ноги его волочились по песку, нести на себе эту ношу ослику старого Дейда было, по-видимому, совсем не тяжело. Как выяснилось позднее, ноги Гарвейна бороздили песок на протяжении пяти с лишним миль, однако это не принесло ни малейшего ущерба его ботинкам, больше похожим на котурны, кроме которых на нем не было ничего, если не считать голубых, как яйцо малиновки, плавок. Но не рост и не Сложение делали его страшным: ужас вызывала его кожа, красная, точно сырое мясо. Вид был такой, как если бы кожу с него содрали, а потом надели снова, но уже вывернутой наизнанку. Его череп и лицо были, как и весь он, продолговатыми и узкими; во всех других отношениях он выглядел человеком иди, по крайней мере, похожим на человека существом. Если только не считать мелочей - вроде того, что его волосы были под цвет его плавок, голубых, словно яйцо малиновки, и такими же были его глаза и ботинки. Только два цвета: кроваво-красныйи светло-голубой.
Первым заметил их на равнине, приближающихся со стороны восточного хребта, Кейси, хозяин таверны, который только .что вышел че,рез заднюю дверь своего заведения, чтобы глотнуть пусть раскаленного, но все же чистого воздуха. Они в это время были уже ярдах в ста от него, и фигура верхом на ослике сразу же поразила его своим странным видом. Сначала -только странным; ужас охватил его, когда расстояние уменьшилось. Челюсть Кейси отвисла и оставалась в таком положении до тех пор, пока странная троица не оказалась от него ярдах в пятидесяти;
тогда он медленно двинулся к ней. Некоторые люди бегут при виде неизвестного, другие идут навстречу. Кейси принадлежал к числу последних.
Они были еще на открытом месте, в двадцати ярдах от задней стены его маленькой таверны, когда он подошел к ним вплотную. Дейд Грант остановился и бросил веревку, на которой он вел ослика. Ослик остановился и опустил голову. Человек, похожий на жердь, встал-то есть просто уперся ногами в землю и поднялся над осликом. Потом он перешагнул через него одной ногой, на мгновение замер, упираясь обеими руками в его спину, а потом сел яа песок.
- Планета с высокой гравитацией,- сказал он.- Долго не простоишь.
- Где бы мне, приятель, водички раздобыть для ослика?-спросил у Кейси старатель.-Пить, верно, хочет, бедняга. Бурдюки и другое пришлось оставить, а то бы разве довез...- И он ткнул оттопыренным большим пальцем в сторону красно-голубого страшилища. .
А Кейси только теперь начал понимать, что перед ним самое настоящее страшилище. Если издали сочетание этих цветов пугало лишь слегка, то вблизи кожа казалась шершавой, покрытой сосудами и влажной, хотя влажной вовсе не была, и провалиться бы ему на этом самом месте, если она не выглядела содранной со страшилища, вывернутой наизнанку и снова надетой. А то просто содранной - и все. Кейси никогда не видел ничего подобного и надеялся, что ничего подобного больше никогда не увидит.
Он услыхал позади себя какое-то движение и обернулся. Это были другие жители Черрибелла - они тоже увидели и теперь шли сюда, но ближайшие из них, двое мальчишек, были еще в десятке ярдов от Кейси.
- Muchachos,- крикнул он им,- agua para el burro. Un pozale. Pronto (1).
Потом он вновь повернулся к пришельцам и спросил их:
- - Кто вы такие?
- Меня звать Дейд Грант,-ответил старатель, протягивая руку, которую Кейси машинально взял. Когда Кейси ее выпустил, она, взметнувшись над плечом старателя, показала,большим пальцем на сидевшего на песке.
- А его, говорит, звать Гарвейн. Космач, что ли, и какой-то министр.
Кейси, кивнул человеку-жерди и был рад, когда в ответ последовал кивок, а не протянутая рука.
- Мое имя Мэньюэл Кейси,- сказал он.- Что он там говорит насчет космача какого-то?
Голос человека-жерди оказался неожиданно глубоким и звучным:
- Я из космоса. И я полномочный министр. Как это ни удивительно, Кейси обладал довольно широким кругозором и знал оба эти выражения; что же касается второго из них, то Кейси, вероятно, был, единственным человеком в Черрибелле, кому был понятен его смысл. Тот факт, что он поверил обоим этим заявлениям, был, учитывая внешность его собеседника, менее удивительным, чем то обстоятельство, что Кейси вообще знал, о чем идет речь.
- Чем я могу быть вам полезен, сэр? - спросил он.- Но прежде всего, не перейти ли нам в тень?
- Благодарю вас, не надо. У вас немного прохладнее, чем мне говорили, но я чувствую себя великолепно. На моей планете так бывает прохладными весенними вечерами. А если говорить о том, что вы могли бы для -меня сделать, то вы можете сообщить вашим властям о моем прибытии- Думаю, что это их заинтересует.
Да, подумал Кейси, тебе посчастливилось напасть на человека, полезнее которого в этом смысле не найдешь и на двадцать миль вокруг. Мэньюэл Кейси был наполовину ирландец, наполовину мексиканец, и у него был сводный брат, наполовину ирландец, всякая всячина, и этот брат был полковником на военно-воздушной базе Дэвис-Монтан под Тусоном.
- Одну минуточку, мистер Гарвейн, я сейчас позвоню. А вы мистер Грант, не хотите под крышу? - сказал Кейси.
- По мне, так пусть жарит. Все равно день-деньской на солнышке. Вот, значит, этот самый Гарвейн и говорит мне: не откалывайся, покуда я не кончу дела. Сказал, даст мне какую-то диковину, если пойду с ним. Чего-то ликтронное...
- Портативный электронный рудоискатель на батарейном питании,-уточнил Гарвейп.- Несложный при-. бор, устанавливает наличие рудных залежей на глубине до двух миль, указывает вид руды, содержание в ней металла, объем месторождения и глубину залегания.
Кейси судорожно глотнул воздух, извинился и через собирающуюся толпу протолкался в свою таверну. Через минуту он уже говорил с полковником Кейси, . но потребовалось еще пять минут, чтобы убедить полковника, что он, Мэньюэл Кейси, не пьян и не шутит.
Через двадцать пять минут в небе послышался шум, который все нарастал - и замер, когда четырехместный вертолет сел и отключил роторы в десяти ярдах от существа из космоса, ослика и двух мужчин. Только у Кейси хватило пока смелости подойти к пришельцам из пустыни вплотную, остальные любопытствующие предпочитали держаться на расстоянии.
Полковник Кейси, а за ним майор,, капитан и лейтенант, пилот вертолета, выскочили из кабины и побежали к маленькой группе. Человек, похожий на жердь, встал и выпрямился во все свои девять футов; усилия, которых это ему стоило, говорили о том, что он привык к гравитации гораздо меньшей, .нежели земная. Он поклонился, повторил свое имя и опять назвался полномочным министром из космоса. Потом он извинился за то, что снова сядет, объяснил, почему он вынужден это сделать, и сел.
Полковник представился и представил трех своих спутников.
- А теперь, сэр, что мы можем для вас сделать? Человек, похожий на жердь, скорчил гримасу, которая, по-видимому, означала улыбку. Зубы его оказались такими же голубыми, как глаза и волосы. .- У вас часто можно услышать фразу: "Я хочу видеть- вашего шефа". Я этого не прошу: мне необходимо оставаться здесь. В то же время я не прошу, чтобы кого-нибудь из ваших шефов вызвали сюда ко мне: .это было бы невежливо. И я согласен рассматривать вас как их представителей, говорить с вами и дать вам возможность задавать вопросы мне. Но у меня к вам просьба. У вас есть магнитофоны. Прошу вас распорядиться, чтобы, прежде чем я начну говорить или отвечать на ваши вопросы, сюда был доставлен магнитофон. Я хочу быть уверенным в
том, что послание, которое получат ваши руководители, будет передано им точно и полно.
- Превосходно,- сказал полковник и повернулся к пилоту: - Лейтенант, ступайте в кабину, включите рацию и передайте, чтобы нам моментально доставили магнитофон. Можно на парашюте... нет, пожалуй, долго провозятся с упаковкой. Пусть пришлют на стрекозе.
Лейтенант повернулся, готовый идти.
- Да,- сказал полковник,- и еще пятьдесят ярдов шнура. Придется тянуть до таверны Мэнни.
Лейтенант сломя голову бросился к вертолету. Остальные сидели, обливаясь потом, и ждали. Мэньюэл Кейси встал.
- Ждать придется с полчаса,- сказал он,- и если уж мы собираемся оставаться на солнце, кто за бутылку холодного пива? Как вы на это смотрите, мистер ,Гарвейн?
- Это ведь холодный напиток? Я немного мерзну. Если у вас найдется что-нибудь горячее...
- Кофе, он уже почти готов. Могу я принести вам одеяло?
- Благодарю вас, не надо. В нем не будет нужды. Кейси ушел и скоро вернулся с подносом, на котором стояло с. полдюжины бутылок холодного пива и чашка дымящегося кофе. Лейтенант был уже здесь. Кейси поставил поднос и начал с того, что подал чашку человеку-жерди, который, сделав глоток, сказал:
- Восхитительно. Полковник Кейси откашлялся.
- Теперь, Мэнни, обслужи нашего друга старателя. Что касается нас, то, вообще говоря, пить во время дежурства запрещено, но в Тусоне было 112 по Фаренгейту в тени, а тут еще жарче и к тому же никакой тени. Так что, джентльмены, считайте себя в официальном увольнении на время, которое вам понадобится, чтобы выпить бутылку пива, или до тех пор, пока нам не доставят магнитофон. То ли, другое ли случится первым - ваше увольнение закончено.
Сначала кончилось пиво, но, допивая его, они уже видели и слышали второй вертолет. Кейси спросил человека-жердь, не желает ли тот еще кофе. Человек-жердь вежливо отказался. Кейси посмотрел на Дейда Гранта и подмигнул; старый крот ответил ему тем же, и Кейси пошел еще за бутылками, по одной на каждого из двоих штатских землян. Возвращаясь, он столкнулся с лейтенантом, который тянул шнур к таверне, Кейси повернул назад и проводил лейтенанта до самого входа, чтобы показать ему, где розетка.
Когда Кейси вернулся, он увидел, что второй вертолет, кроме магнитофона, доставил еще четырех человек,-больше в нем не умещалось. Вместе с пилотом прилетели сержант технической службы (он уже возился с магнитофоном), а также подполковник и младший лейтенант, то ли решившие совершить воздушную прогулку, то ли заинтригованные странным приказом срочно доставить по воздуху магнитофон в Черрибелл, штат Аризона. Теперь они стояли и таращились на человека-жердь, перешептываясь между собой.
Хотя слово "внимание" полковник произнес негромко, сразу же наступила мертвая тишина.
- Рассаживайтесь, джентльмены. Так, чтобы был круг. Сержант, нас хорошо будет слышно в микрофон, если вы поместите его в центре такого круга?
- Да, сэр. У меня уже почти все готово. Десять человек и человекоподобное существо из космоса сели в круг, в середине которого установили небольшой треножник с подвешенным к нему микрофоном. Люди обливались потом; человекоподобного слегка знобило. За кругом, понурив голову, стоял ослик. Постепенно пододвигаясь все ближе, но пока еще футах в пяти от круга, толпились все жители Черри-белла, оказавшиеся в тот момент дома; палатки и бензозаправочные станции были брошены.
Сержант нажал на кнопку; кассеты завертелись.
- Проверка... проверка...- сказал он. Нажав на кнопку "обратно", он через секунду отпустил ее и дал звук. "Проверка... проверка..." - сказал динамик громко и внятно. Сержант перемотал ленту, стер запись и дал "стоп".
- Когда я нажму на кнопку, сэр,-обратился он к полковнику,- начнется запись.
Полковник вопросительно посмотрел на человека-жердь, тот кивнул, и тогда полковник кивнул сержанту.
- Мое имя Гарвейн,- раздельно и медленно проговорил человек-жердь.- Я прибыл к вам с одной из планет звезды, -не упоминаемой в ваших астрономических справочниках, хотя шаровое скопление из 90000 звезд, к которому она принадлежит, вам известно. Отсюда она находится на расстоянии свыше 4000 световых лет по направлению к центру Галактики.
Однако сейчас я выступаю не как представитель своей планеты или своего народа, но как полномочный министр Галактического Союза, федерации передовых цивилизаций Галактики, созданной во имя всеобщего блага. На меня возложена миссия посетить вас и решить на месте, следует ли приглашать вас вступить в нашу федерацию.
Теперь вы можете задавать мне любые вопросы. Однако я оставляю за собой право отсрочить ответ на некоторые из них до тех пор, пока не приду к определенному решению. Если решение окажется положительным, я отвечу на все вопросы, включая те, ответ на которые был отложен. Вас это устраивает?
- Устраивает,- ответил полковник.- Как вы сюда попали? На космическом корабле?
- Совершенно верно. Он сейчас прямо над нами, на орбите радиусом в 22 000 миль, где вращается вместе с Землей и таким образом все время остается над одним и тем же местом. За мной наблюдают оттуда, и это одна из причин, почему я предпочитаю оставаться здесь, на открытом месте. Я должен просигнализировать, когда мне понадобится, чтобы он спустился и подобрал меня.
- Откуда у вас такое великолепное знание нашего языка? Благодаря телепатическим способностям?
- Нет, я не телепат. И нигде в Галактике нет расы, все представители которой были бы телепатически одаренными; но отдельные телепаты встречаются в любой расе. Меня обучили вашему языку специально для этой миссии. Уже много столетий мы держим среди вас своих наблюдателей (говоря "мы", я, конечно, имею в виду Галактический Союз). Совершенно очевидно, что я, например, не мог бы сойти за землянина, но есть другие расы, которые могут. Кстати говоря, они не замышляют против вас ничего дурного и не пытаются воздействовать на вас .каким бы то ни было образом; они наблюдают- и это все.
- Что даст нам присоединение к вашему Союзу, если нас пригласят вступить в него и если мы такое приглашение примем?
- Прежде всего - краткосрочный курс обучения основным наукам, которые положат конец вашей склонности драться друг с другом и покончат с вашей агрессивностью. Когда ваши успехи удовлетворят нас и мы увидим, что оснований для опасений нет, вы получите средства передвижения в космосе и многие другие вещи - постепенно, по мере того как будете их осваивать.
- А если нас не пригласят или мы откажемся?
- Ничего. Вас оставят одних; будут отозваны даже наши наблюдатели. Вы сами предопределите свою судьбу: либо в ближайшее столетие вы сделаете свою планету совершенно необитаемой, либо овладеете науками сами и тогда с вами опять можно будет говорить о вступлении в Союз. Время от времени мы будем проверять, как идут ваши дела, и если станет ясно, что вы не собираетесь себя уничтожить, к вам обратятся снова.
- Раз вы уже здесь, к чему так спешить? Почему вы не можете пробыть у нас достаточно долго для того, чтобы наши, как вы их называете, руководители смогли лично поговорить с вами?
- Ответ откладывается. Не то чтобы причина спешки была важной, но она достаточно сложная, и я просто не хочу тратить время на объяснения.
- Допустим, что наше решение окажется Положительным; как в таком случае установить с вами связь, чтобы сообщить вам о нем? По-видимому, вы достаточно информированы о нас и знаете, что я не уполномочен брать на себя такую ответственность.
- Мы узнаем о вашем решении через своих наблюдателей. Одно из условий приема в федерацию - опубликование в ваших газетах этого интервью полностью, так, как оно записывается сейчас на этой пленке. А потом все будет ясно из действий и решений вашего правительства.
- А как насчет других правительств? Ведь мы не можем единолично решать за весь мир.
- Для начала остановились на вашем правительстве. Если вы примете приглашение, мы укажем способы побудить других последовать вашему примеру. Кстати, способы эти не предполагают какого-либо применения силы или хотя бы угрозы такового.
- Хороши, должно быть, способы, - скривился полковник.
- Иногда обещание награды значит больше, чем любая угроза. Вы думаете, другие захотят, чтобы ваша страна заселяла планеты далеких звезд еще до того, как они смогут достичь Луны? Но это вопрос сравнительно маловажный. Вы вполне можете положиться на паши способы убеждения.
- Звучит это прямо-таки сказочно прекрасно. Но вы говорили, что вам поручено решить сейчас, на месте, следует или нет приглашать нас вступить в вашу федерацию. Могу я спросить, на чем будет основываться ваше решение?
- Прежде всего я должен (точнее, был должен, так как я уже это сделал) установить степень вашей ксенофобии. В том широком смысле, в каком вы его употребляете, слово это означает страх перед чужаками вообще. У нас есть слово, не имеющее эквивалента в вашем языке; оно означает страх и отвращение, испытываемые перед физически отличными от нас существами. Я как типичный представитель своей расы был выбран для первого прямого контакта с вами. Поскольку я для вас более или менее человекоподобен (точно так же, как более или менее человекоподобны для меня вы), я, вероятно, вызываю в вас больший ужас и отвращение, чем многие совершенно отличные от вас виды. Будучи для вас карикатурой на человека, я внушаю вам больший ужас, нежели какое-нибудь существо, не имеющее с вами даже отдаленного сходства.
Возможно, вы сейчас думаете о том ужасе и отвращении, которые вы испытываете при виде меня. Но поверьте мне, это испытание вы прошли. Есть в Галактике расы, которым никогда не стать членами федерации, как бы ни преуспели они в других областях, потому что они тяжело и неизлечимо ксенофобичны; они никогда не смогли бы смотреть на существо какого-либо другого вида или общаться с ним; они или С воплем бросились бы прочь от него, или попытались бы тут же с ним расправиться. Наблюдая вас и этих людей,- он махнул длинной рукой в сторону гражданского населения Черрибелла, столпившегося неподалеку от круга сидящих,--я убеждаюсь в том, что мой вид вызывает в вас отвращение, но, поверьте мне, оно относительно слабое и, безусловно, излечимое. Это испытание вы прошли удовлетворительно.
- А есть и другие?
- Еще одно. Но,пожалуй, пора мне... Не закончив фразы, человек-жердь навзничь упал на-песок и закрыл глаза.
В один миг полковник был на ногах.
- Что за черт?!-вырвалось у него. Обойдя треножник с микрофоном, он склонился над неподвижным телом и приложил ухо к кроваво-красной груди.
Когда он выпрямился, лохматый седой старатель Дейд Грант смеялся.
- Сердце не бьется, полковник, потому что его пет. Но я могу оставить вам Гарвейна в качестве сувенира, и вы найдете в нем вещи куда более интересные, чем внутренности и сердце. Да, это марионетка, которой, я управлял, как ваш Эдгар Берген (2) управляет своим... как же его зовут?.. ах да, Чарли Маккарти. Он выполнил свою задачу и деактивирован. Займите свое место, полковник.
Полковник Кейси медленно отступил назад.
- Для чего все это? - спросил он.
Дейд Грант сорвал с себя бороду и парик. Куском ткани он стер с лица грим и оказался красивым молодым человеком. Он продолжал:
- То, что он сказал вам (или, вернее, то, что вам было через него сказано),-все правда. Да, он только подобие, но он точная копия существа одной из разумных рас Галактики-расы, которая, по мнению наших психологов, показалась бы вам, будь вы тяжело и неизлечимо ксенофобичны, ужаснее любой другой. Но подлинного представителя этого вида мы не привезли с собой потому, что у этих существ есть своя собственная фобия, агорафобия - бйязнь пространства, Они высокоцивилизованы и пользуются большим уважением в федерации, но они никогда не покидают своей планеты.
Наши наблюдатели уверяют, что такой фобии у вас нет. Но им не вполне ясно, насколько велика ваша ксепофобичность, и единственным способом установить ее точную степень было привезти вместо кого-то что-то, на чем можно было бы ее испытать, и заодно, если это окажется возможным, установить с вами первый контакт.
Вздох полковника услышали все.
- По совести говоря, в одном смысле это приносит мне огромное облегчение. Мы, безусловно, в состоянии найти общий язык с человекоподобными, и мы найдем его, когда в этом возникнет необходимость. Но, должен признаться, это большая радость - узнать, что все-таки господствующая раса Галактики - настоящие люди, а не какие-то там человекоподобные. Второе испытание?
- Вы уже ему подвергаетесь. Зовите меня...- Он щелкнул пальцами.- Как зовут другую марионетку Бсргена, которую он создал после Чарли Маккарти?
Полковник заколебался, но за него дал ответ сержант-техник:
- Мортимер Снерд.
- Правильно. Тогда зовите меня Мортимером Снердом. А теперь мне, пожалуй, пора.-И он повалился навзничь на песок и закрыл глаза точно так же, как за несколько минут до этого человек-жердь.
Ослик поднял голову и просунул ее в круг через плечо сержанта.
- С куклами все,- сказал он.-Так что вы там говорили, полковник, будто господствующей расой должны быть люди или хотя бы человекоподобные? И вообще, что это такое-господствующая раса?

(1) -Мальчики, воды для ослика. Одно ведро. Быстро (исп.).

(2) Э.д г а р Б е р г е II-.американский комик и чревовеща гель, ставший популярным благодаря своей знаменитой кукле Чарли Маккарти, а потом и другой, которую он назвал М-ортамером Снердом. (Примеч. перев.)



Источник: журнал "Вокруг света"
QMS, Fine Reader 4.0 pro
MS Word 97, Win 95
Новиков Василий Иванович
вторник 1 Сентября 1998

Фредрик Браун. Кукольный театр


На главную
Комментарии
Войти
Регистрация